| *** |
- Говорят, к нам инквизитора присылают.
- И что?
- Для расследования.
- я вас умоляю. Чего у нас расследовать то?
- Не делайте мне вид. А то нечего. Выявлять.
- Ну… если выявлять, тогда конечно.
Они знают, что она слышит. Для того собственно и говорится.
Могут, есть чего ей предъявить? Да очевидно могут, легко найдётся. Треть взрослого населения города у неё перебывало. Ну, может четверть. И довольны были не все. Магия, она такая, не угадаешь, в какую сторону прилетит по результату, или по обратке. А уж искупить своё заблуждение чернокнижьем — святое ж и лояльное дело, т.с верноподданнический долг. Так что наверняка её вложат, вопрос — на что?
- Фрау Цихвольг?
Ну и вот.
- Да.
- Брат Инеола.
Он пригож собой. Экое словечко: пригож. Но именно так. Не широк в кости, но той жилистой неширокостью, что редко кого обманывает насчёт силы, выносливости, и опасности.
- Что за интерес к моей особе, брат?
- Думаю, вы отлично понимаете, что за интерес, и сейчас лишь вопрос степени угрозы для вас.
- Допустим. Хотя пока вы нисколько не обозначили, на чём основывается хоть какая-либо угроза для меня.
- Вопрос лишь времени. И определённых процедур. У нас достаточно бюрократическая структура: ни шага раньше, ни шага позже.
- Зачем тогда со мной беседовать на улице? Следуйте своим предписаниям и инструкциям. Вы же послушные слуги — а кстати, кого? или чего?
- Да, послушание часто считается у нас добродетелью, это верно.
- Но не всегда?
- Но не всегда. Тоже также верно.
Она терпелива не менее его. И ему приходится прервать паузу.
- У меня к вам компромиссное предложение.
-?
На них бегло и искоса поглядывают, они явно импозантная и заметная пара, и главное местечково известная.
- Я подробно изучил ваше дело.
Она продолжает держать паузу. Чувствует опасность, но держит.
- … И пришёл к интересному выводу. Вы не так уж много натворили зла. Разве что балкон — на мэра, ну да, тут действительно серьёзно. Но ни вам одной известно, что мэр редкостная дрянь. Барон? Во-первых, недоказуемо
- А с балконом и мэром доказуемо?
- Проявите терпение.
Фраза невольно чуть улыбает обоих.
- Во-вторых, я к нему в его чащобы явно не собираюсь, и ему сюда вырваться теперь навряд ли.
С окружением герцогини конечно тоже… хм, изрядный конфуз. Но опять же, до определённого момента, недоказуемо. И наверное возможно как-то исправить? Не думаю, что они и до блистали интеллектом, так что вероятно поддаётся некой коррекции? ну хотя бы частично, чтоб не настолько бросалось в глаза. Остаются сугубо частные случаи, а их и немного — буквально три. До прям злодейской ведьмы вы не дотягиваете.
- Вы сказали, до определённого момента?
- О, да. До дознания с применением. То есть до пыток. Вот под пытками вы признаетесь . А это уже доказательство.
- А дознание с применением не обязательно? И почему тогда вам его просто не применить? Вы настолько щепетильны?
- Понимаете, какой момент: будь и я и вы там, где моя постоянная епархия, я не раздумывал бы, там я уверен в содержании и подручных, в своих силах и возможностях. Здесь же… а вдруг, например, вас выручат и вы сбежите. И вот тогда вы точно станете моим противником уже всерьёз, да ещё и озлобленной, и усиленной вашими… хм соратниками. А вероятность я оцениваю как немаленькую.
- Резонно. Вы умны и расчётливы.
Брат Инеола очень слегка кланяется.
Пожалуй, он нравится женщинам: колкий взгляд, который становится кошачьим.
- И поэтому — предложение:
1. Вы исправляете со свитой герцогини.
2 вы исправляете те три куцые частные злодейства.
С мэром, шут с ним, ибо заслужил, а без остального дело не весомо, превращается в никому ненужное фифти-фифти — может и колдовство, а может сочетание бредней и несчастного случая, бывает, случается и такое. Барона выводим за скобки, благо он там и находится. Голем? Вряд ли местные караулы горят рьяностью принять участие в его обнаружении и тем более в задержании или ликвидации, как и прорываться на выручку к барону.
- И? Взамен?
- Взамен мы с вами заключаем некий пакт. Собственно, я уже выполняю взятые на себя обязательства по выводу вас из под ответственности, во всяком случае, из под серьёзной ответственности. А вы, по мере своих, особенных дарований и умений, способствуете лояльности, а может даже и укреплению, здешней паствы — в пределах нашего компромиссного, конечно, не думаю что представит для вас сложности.
- У меня, как и у вас, имеются корпоративные узы и обязательства.
- Понимаю. Безусловно. Предлагаю вам озвучить для своей стороны всё прямым текстом, мне совершенно бессмысленны хоть какие-то утайки. А для вашей стороны ведь вовсе не обязательно, чтоб вас изувечили и сожгли? Поймите, я предлагаю вам не дружбу или сотрудничество, а не войну, пакт, соглашение.
- А по-моему вы предлагаете именно сотрудничество.
- Ну можно назвать и так — почему нет?
- И такое практикуется в других местах?
- Практикуется. Зачем нам обоим вражда при неочевидном выигрыше? Худой мир лучше доброй ссоры.
- Ведьминские заклятия не снимаются запросто. Чаще всего не снимаются вовсе.
- Вот тут вам виднее, как осуществить. Опять же, не моя епархия и не моя компетентность. Но я предложил.
После того как ведьма и инквизитор расходятся, к брату Инеоле подходит неприметный человечек, даже описать которого не получится, у него нет никаких особых черт и штрихов.
- Согласится?
- Почти уверен.
- И всё же не понимаю — зачем, за ради такие сложности?
- А я ей всё объяснил, причём не соврав и не слукавив. И ты слышал. Как она тебе?
- С характером. Умная.
Брат Инеола кивает.
- …Уверенная в себе.
- Вот. А компромисс лишает уверенности в себе. Её начнёт изводить и подтачивать. Я склонен в данной ситуации ей довериться. Но в нашей структуре ротации, и на той стороне — ротации. А скажи, ты будешь доверять тем, кто, при предшественниках, заключил соглашение с противной стороной?
- Нет. Но…
- Продолжай.
- Должно же работать обоюдно. Значит…
- Ма-ла-дец. Но мне-то не нужно доверие, мне надо чтобы меня опасались. И потом, я и сам рассчитываю на ротацию.
Ведьма размышляет. Ей впервые довелось пообщаться с инквизитором, но она не обольщается. И она помнит по отцу.
Что значит укрепить их паству? Во время колдовства спрашивать давно ли посещали церковь? и, если нет, выражать ая-яй порицание?
И как теперь снимать заклятие с этих сиятельных дурёх? Дуростью она их одарила щедро, плюс к уже имевшейся.
И что конкретно за три случая? Ну, первое, видимо, падчерица и мачеха — классика. Но мачеха взаправду гадина. Чем она её? что-то с лицом… картофелина вместо носа, гнилая картофелина. И неужели донесла несчастная девочка. Второй, пожалуй — ростовщик. Он больше не видит своего богатства, вместо — только тараканов, паутину, и мышей… или мышиный помёт. И его она категорически не желает расколдовывать. Третье… затруднительно. Напрашивается бедолага ветеран, но опять же, кто мог донести? Не цветочница же.
Или то давнее? с противным ребёнком. Тут она и сама бы рада переиграть. И оно, увы, совсем не куцое! Проблема в том, что ведьминские заклятия не отменяются.
И как рассказать своим?
Да, как есть! — злится она на себя.
Она смотрит на себя в зеркало. Она советуется. Зеркальная она — другая, — нет, не с носом закорючкой, дряблой старушечьей кожей и страшными глазами. Хотя глаза и пугают, в них уже написано всё после, у всех ведьм так. А иногда и у людей.
- Ну, подскажи?
Но отражение мотает головой, с седой гривой. И разводит руками.
На крыльце и веранде тяжело топочет.
- Ты свободен! – кричит ведьма: Ступай себе.
На ночном небе чертят пылающие линии две падающие звезды. Две.
Огромный рыжий глаз смотрит на неё откуда-то снизу и будто и не на неё. Глаз совсем не похож на человечий.
- И как мне поступить?
Два века смыкаются.
Она ждёт. Она снова ждёт.
Наконец с каким-то гудом звучит ответ.
- я знаю этого Инеолу. Цепкий. Сдержит ли слово? Возможно.
- … И это ответ?
- Да. Чем хуже других?
Огромная то ли лапа, то ли крыло обнимают её плечи.
- Мы защитим тебя, если понадобиться.
- Сейчас мне нужна не защита, мне нужен совет.
- Ты — ведьма. Ведьмам не советуют.
- Ладно.
Она идёт к брату Инеоле. В её волосах искры. На небе стремительно смыкаются тучи.
Стража пытается произнести хотя бы положенное слово, но ведьма осекает и проходит сквозь, разводя алебарды.
- Могли бы и влететь в окно – язвительно приветствует её инквизитор.
- Могла бы.
В окне шарахает и полыхает.
- Зачем вам всё это понадобилось?
- Служба. Вернее, служение. Ну и карьера, конечно, ни без того. Вина? Настойки? ПростиОсподи, хереса? Вы интересно осветили мою келью, придаёт некий шарм.
А ведь он её боится. Скрывает само собой, но боится.
- Вы боитесь меня?
- Немного. Я, знаете ли, с детства — всякое змеиное, даже ужей. А вы наверняка владеете.
Она берёт у него бокал.
В бокалах закипает.
По гербу братства — всполох.
- Эффектно. Теперь по шаблону вы должны меня соблазнить?
- И не надейтесь. Хотя чем-то вы мне и нравитесь.
- Польщён. Ей-ей.
- Но вы здесь не нужны. Совсем.
- Ээм?
- Вы лишь осложняете. Здесь и без вас в меру добра, зла, несправедливости и справедливости. Вы — лишний элемент.
- Звучит пренебрежительно.
Она делает приглашающий жест, и от двери, в отблесках молний, на задних лапках, семенит крупненькая блеклая крыса.
- ?
- Ваш напарник.
- Да? Похож.
- я говорю — нет.- за окном грохает и озаряет усиленно: Хотя вы меня почти выкупили.
- И в чём, позвольте спросить, препона?
- В том, что я — ведьма, а вы — инквизитор.
- Вас обложат и загонят, или загонят и обложат. Пусть и позже. Время ведьм проходит, повсеместно.
- я знаю. Время инквизиторов тоже пройдёт. Забирайте – Инеола брезгливо принимает от неё крысача:
- Экий ты, брат несимпатяга. – серый блёклый брат, соглашаясь, попискивает.
Герб братства тускнеет и закрывается тенью.
- Ну а теперь, — валяйте, и хереса.
Далече, у замка барона, умиротворённые лоси и вепри склоняются к щедрой, позолоченной от Луны, росе.
А на дворцовой и соборной крышах скалятся химеры.
И, прям во сне, чуть умнеют пара фрейлин.
Ну и освобождённый голем, также в росистой траве, оборачивается непротивным подростком.
А в уличных палисадниках вытягиваются и распускаются тюльпаны. (zestanoyjoker ps) 1-7 января 2023 года |
| --- |
|
|