| *** |
Знаешь, я стал думать о смерти. Не так, чтобы часто, но – все же.
В ежедневной этой круговерти все стало вдруг так… похоже,
Что я просто устал искать различия между вчерашним и завтрашним,
Поскольку сегодняшнее – до неприличия безобразно, но пока еще не страшное.
Вот и строчки из любимых книг опостылели, и теперь не волнуют.
Я как парус в безветрие – сник, что ни делаю – всё в холостую.
Всё в холостую, в пол силы, как у всех – за «плюс» или «галку».
А хочется, чтобы сносило от идей несущую балку.
Чтобы ветер в лицо, и Завтра непохожестью ни на что удивляло.
Чтоб суровый февраль ругался с мартом, и красиво зима умирала.
Чтобы космос колючий в руках жарко россыпью звёзд обжигал.
Почувствовать соль на чужих губах, и умчаться… в Сибирь, на Урал,
На Камчатку, на самый край мира, где холодный воздух всегда прозрачен.
Говорят, там природа когда-то вскормила нашу сущность, предел обозначив.
Помолчи, знаю сам – не бывать такому. Я останусь в городе, где все вторично,
Где создать что-то новое – сродни плохому, однако спи@дить чью-то идею цинично – привычно.
Где провинция - в каждом окне, а в людях бытом лучшее начисто стерто
Поскольку в череде одинаковых буден проще общим строем идти упёрто.
…Ты считаешь? Вот и я говорю, что о смерти думать вовсе не странно.
Это как в осенней ночи фонарю возомнить себя солнцем – никогда не рано.
Оглянуться вокруг в суете сумасшедшего дня - что останется?
Строчка на белом листе за пределы листа не растянется…
Знаешь, я стал думать о смерти. Не так, чтобы часто, но – все же.
В ежедневной этой круговерти все стало вдруг так… похоже,
Что я просто устал… |
| --- |
|
|
